Свадебный обряд северных осетин

   Свадебный обряд северных осетин традиционно распадается на три крупных этапа: длительный предсвадебный период от сватовства до дня торжества; собственно свадьба (ныне чаще один, реже два дня, тогда как прежде праздновали неделями); и послесвадебная часть, когда молодую женщину вводят в семью мужа и выстраивают отношения между двумя родами. Традиции свадьбы в Осетии сохраняют ядро старинной церемонии, но детали со временем менялись.

   Предсвадебный период

   У осетин действует строгий принцип экзогамии: браки внутри одной фамилии и близкородственных ветвей исключены, нежелательны союзы и по линии бабушки. На рубеже XIX–XX веков выбор невесты или жениха был частью родовой «брачной политики»: считалось неприличным женить сына на девушке более низкого статуса; алдары предпочитали браки с дочерьми алдаров или иноплеменными княжнами. В нынешнем сценарии решающее — взаимное согласие взрослых людей, социальные рамки ослабли.

   Пространство знакомств было узким. Главной «витриной» для невест выступал хъазт — молодёжное гулянье на большие праздники. В народных описаниях идеал соединял красоту, скромность, рукоделье и хозяйственность. Формально брачный возраст составлял 14–16 лет для девушек и 17–18 — для юношей, но реальная женитьба нередко откладывалась: семье жениха требовалось собрать ирæд (калым), величина которого зависела от статуса рода невесты. Калым давали вещами, скотом или деньгами; из-за него супруги нередко заметно различались в возрасте. У бедняков эта обязанность могла приводить к разорению и провоцировала умыкание невест — отмечались случаи, порой завершавшиеся кровной местью. В новейшей практике эпизоды умыкания встречаются реже и обычно связаны с несогласием родителей или материальными причинами.

   Желающий жениться юноша сперва заручался согласием родителей, готовил «гнездо» и ездил на хъазт в соседние сёла. Решение о сватовстве сообщалось через доверенного человека. Неповиновение воле старших встречалось нечасто.

   Сватов — минæвæрттæ — обычно было трое: представитель фамилии жениха, человек со стороны его матери и уважаемый «свидетель». Приходили вечером в субботу. Первая встреча носила гостевой характер, затем переходили к «деловому разговору» с формульными приговорами. Ответ давали не сразу; назначали новые встречи. Согласие могло оформляться после нескольких визитов и завершалось сговором — фидаугæ: старший гость оставлял мысайнаг (в прошлом — оружие, теперь чаще деньги). Отказ после залога считался тяжким оскорблением.

   Часть старых практик изменилась. Посещений сватов стало меньше; рукопожатие и передача залога нередко переносятся на день свадьбы; калым постепенно выходит из обычая.

   Промежуток между сговором и свадьбой раньше растягивался до года — куырдуаты бадын («сидеть засватанной»): род жениха копил средства, род невесты собирал приданое. Подруги и родственницы помогали шить и упаковывать дары. Поведение молодых регламентировалось: жених избегал встреч со старшими со стороны невесты; засватанная девушка появлялась на людях редко и с сопровождением, проходя мимо дома жениха — закрывала лицо платком.

   Особый визит жениха — сгæрст («разведка») — совершался в темноте и в компании: приносили араку, барана, большие хлебы, подарки невесте и её матери. Это давало право входить в дом тестя, но злоупотреблять визитами не полагалось. В отдельных случаях жених мог жить у родни невесты неделями, не видя самой невесты. Современный аналог — сиахсы цыд («посещение жениха») — чаще смещён на вечер свадебного дня: жених с друзьями приезжает, угощают хозяйек — æвсинтæ, и дарит подарок матери невесты. Функцию обручения нередко берёт на себя сусæг цыд («тайное посещение»): в субботу перед свадьбой привозят «конфеты жениха», молодые обмениваются кольцами, после чего устраивают общий хъазт. Эти элементы сохраняют обычаи женитьбы у осетин при новой городской логистике.

   Приглашения и состав гостей

   Раньше приглашали через специально выбранного гонца-всадника. Обязательными гостями считались все родственники, но чрезмерная широта приглашений не поощрялась: из дальних семей приходили в основном мужчины. Сейчас масштаб торжества варьирует: от камерных праздников до нескольких сотен гостей, а местами — к тысячам. Празднуют параллельно в двух домах: у невесты — чызгæрвыст («отправление невесты»), у жениха — чындзхаст («привод невесты»).

   Свадебные «чины» — роли и полномочия

   Система ролей детально выстроена. Главные распорядители — къухылхæцæг («держащий за руку»), первый шафер жениха: он стоит справа от невесты, ведёт ритуал и остаётся для неё символическим братом и после свадьбы; æмдзуарджын — помощник шафера слева; кæнгæ мад («названная мать») — наставница по семейной жизни (локально).
Функциональные группы:
— чызгæрвитджытæ — гости со стороны невесты;
— чындзхæссæг — сопровождающие жениха, знающие обрядовые песни (сегодня — нередко фольклорные исполнители);
— чындзæмбал — родственник, сопровождающий невесту;
— хистæр уазæг — старший гость, ведущий поезда;
— нымæттухæг — ответственный за приданое (часто эту функцию берут на себя посланцы с подарками — хуындзау);
— хызисæг — «снимающий фату»;
— уырдыглæуджытæ — молодёжь-распорядители за столами; къæбицы хицау — «кладовщик» запасов; æвсинтæ — женщины-хозяйки.

Жених и невеста — самые несвободные участники: места, регламент, маршруты — только по разрешению чинов.

   Первый день: поезд за невестой и обряды в её доме

   Утром у жениха формируют свадебный поезд во главе с хистæр уазæг. Перед выездом — молитва Уастырджи, покровителю мужчин и путников, и благословение старших. Раньше в пути исполняли чындзхæсджыты зарæг — ритмичные «песни сопровождающих» с мотивами фарна (небесной благодати). Автомобильная колонна постепенно вытеснила этот пласт.

   Поезд встречают старшие мужчины рода невесты; подают три пирога и ритуальный напиток. После приветствий гостей приглашают в дом. Подруги невесты традиционно «сопротивлялись» входу сопровождающих — шумно и игриво, как часть символической борьбы между родами.

   За праздничными столами в доме невесты прежде сидели старшие мужчины; для молодёжи устраивали отдельный хъазт — танцы под благословение. В последние десятилетия застолье и танцы чаще соседствуют, ролевых посредников между поколениями стало меньше.

   Центральный момент — облачение невесты в платье, привезённое сопровождающими. Разрешение дают шафер и его помощник, в руках — три пирога и напиток. Одевать невесту должны счастливая в браке девушка и молодая женщина, у которой живы оба родителя. После облачения близкий мужчина со стороны невесты произносит благопожелания и покрывает её голову фатой. Тем, кто помогал облачению, преподносят благодарственные дары; сегодня это нередко делается в дружеской форме «торга».

   Затем следует прощание с очагом в хадзаре — центральном помещении с неугасимым огнём и священной цепью рæхыс. Варианты различаются: один или три обхода, касание цепи рукой, губами или клинком шафера. В это время исполняют древнюю обрядовую песню «алай» — круговое движение с припевом «Алай, ой алай», мотивы космогонии и покровительства святых. Во второй половине XX века этот обряд во многих домах вышел из повседневного обихода вместе с исчезновением очагов; иногда его переносят в летнюю кухню или сарай, где сохранилась надочажная цепь.

   Когда невесту выводят из очаговой части, звучит «нанайы зарæг» — «песня матери». Этикет запрещал открыто выражать скорбь, и именно эта песня проговаривает материнские чувства; по манере исполнения она роднится с похоронными причитаниями — замужество осмысляется как символическая «смерть» для родного дома.

   Перед отправлением невесту благословляют старшие — молитвы и наставления повторяют устойчивые формулы. В некоторых местах впереди невесты несли зеркало — предмет с глубокими мифологическими коннотациями; в новейшей практике этот жест встречается реже.

   Яркий элемент — вынос и «выкуп» свадебного флага тырыса: полотнище на древке, украшенное мужскими аксессуарами. Подруги невесты «торгуются» за флаг, сопровождающие выкупают его и обязаны довезти не повредив, отбиваясь от попыток отнять. Флаг наделяли защитной силой — им пользовались при болезнях и трудных родах, причём «работал» он только на хозяйку и её детей. К середине XX века обычай заметно поредел.

   По пути к дому жениха свадебный поезд, если возможно, заезжает к святыням для молитв и благопожеланий.

   Ввод невесты в дом жениха

   У ворот — залпы, соседи и родня, молодёжь. Невесту ведут под руки къухылхæцæг и его помощник. Её ставят лицом к востоку, ближе к сакральному «западному углу» — месту «ангела головы» (сарызад), где, по верованиям, сосредоточена защита предков. Так подчёркивается, что молодая женщина приносит в дом фарн — мир, благополучие, плодородие.

   Далее следует обход очага уже в новом доме. Затем — мыдыкъус, «чаша с медом»: смесь мёда и масла как знак сладкой и сплочённой жизни. В старину невеста смазывала основание очага (знак неугасимости домашнего огня) и обувь свекрови (жест почтения), свекровь осыпала её солодом; после этого молодица угощала женщин рода. Сегодня этот эпизод сохраняется в более простой форме.

   Следующий обряд — хызисæн, снятие фаты. Главный атрибут — сæрызæд («ангел головы») — небольшой флажок на тонкой палочке; ткань старались не резать. Им трижды обносят над головой невесты, произнося формулы-пожелания: о сыновьях и голубоглазой дочери, о плодородии, уважении, силе и многодетности. Иногда обряд проводят у плодоносящего дерева; в вариантах используют клинок или штык вместо флажка. Снятую внутреннюю косынку могли повязать пожилой родственнице со стороны невесты — знак преемственности женской доли. Свадебный флажок затем хранили на видном месте в женской половине дома; если ожидания не оправдывались, его могли демонстративно выбросить.

   Хызисæн проводят перед первой брачной ночью, но конкретный день различается. Ныне его чаще приурочивают к приезду родни невесты с приданым.

   Социальные изменения и гражданские практики

   Гражданская регистрация брака изменила логику церемонии: её проводят то в день свадьбы (в доме жениха или невесты, либо в ЗАГСе), то раньше или позже. Это сняло часть прежних запретов — вроде «прятанья» жениха в доме шафера — и сделало сценарий компактнее. При этом смысловые опоры — благословения, обращение к фарну, ритуальные песни, сакральная геометрия дома — продолжают поддерживать целостность обряда.